- Последние события в Египте, Сирии и Турции в очередной раз заставили аналитиков говорить о реальной угрозе дестабилизации в регионе Северной Африки и Ближнего Востока. На днях Организация Объединенных Наций в специальном коммюнике призвала представителей Совета Безопасности разработать универсальный план, предусматривающий специальную концепцию по урегулированию уличных столкновений в Каире и боев в Алеппо, студенческих выступлений в Стамбуле и эскалации напряжения на Голанских высотах. Насколько опасны тенденции «арабской весны» и что же на самом деле происходит в охваченных беспорядками районах, «ГолосUA» выяснял у эксперта по ближневосточным проблемам Аурагха Рамдана.
- — Господин Рамдан, по своему устройству, этническому составу и экономической ситуации Египет, Тунис, Ливия и Сирия принципиально отличаются друг от друга. И все-таки произошедшие и происходящие там события мы обобщенно характеризуем словосочетанием «арабская весна». Насколько корректно и оправдано такое определение?
- — Дело в том, что эти процессы начались в арабском мире. Несмотря на то, что в них оказались вовлечены представители разных народов и культур, они имеют характерный менталитет. Студенческие выступления, революции и гражданские столкновения стали частью всего того, что разворачивалось на территории от Алжира до Египта, являющимися арабскими государствами. Поэтому подобное словосочетание, употребляемое в прессе, целиком корректно.
- — Можно ли говорить о том, что с волнений в Египте и войны в Ливии начался очередной передел сфер влияния между мировыми сверхдержавами?
- — Скорее, это была своего рода коррекция интересов тех же сверхдержав. А сирийский кризис становится той ареной, где будут определяться окончательные границы влияний развитых государств. Например, либо России удастся договориться с США об урегулировании сирийской проблемы, либо дезинтеграционные процессы продолжатся. В частности, алавиты в Сирии получат свое микрогосударство на севере, юг страны останется за суннитами, а в некоторых районах будет создана небольшая курдская автономия по иракской модели. Можно смело сказать, что в таком случае Сирия станет полигоном для геополитических экспериментов.
- — Согласны ли вы с идеей некоторых аналитиков о том, что Запад потерял свою стратегию в арабском мире?
- — Как таковой, Запад ничего не теряет. Наоборот, он методично отстаивает свои интересы и даже проверяет новые концепции. В частности, в ходе сирийского кризиса он тестирует свои взаимоотношения с Россией и Китаем, устанавливая степень прочности политики Белого Дома на международной арене. Вообще, глядя объективно и прагматично на те процессы, которые происходят в регионе, США и Запад в целом разрушают такую стратегически мощную страну, как Сирия, поставляя оружие мятежникам и поддерживая идеи сепаратизма.
- — Чем вообще чреват для международного сообщества экспорт «весенних революций»?
- — «Весенние революции» — это, если так можно выразиться, продолжение революций «цветных», направленных против авторитарных режимов. Это, например, прошли Украина и Грузия. Ни какой экспорт здесь не нужен, он, как правило, культивируется на месте.
- — Нечто подобное в 2011 году говорили о Египте. Сегодня же мы видим, как избранного в результате «культивированной на месте» революции сместили силами того же народа…
- — Причина провала режима Мурси в том, что внутренние революционные оппоненты общаются друг с другом, как враги (хотя имеют общие ценности и идеологическую основу). В то время как общение с настоящими врагами, наоборот, ведется на дружелюбной основе. Кстати, этот синдром свойствен многим «не созревшим» революциям, в результате чего они раскалываются изнутри. Самый яркий пример – вражда между оппонентами внутри оранжевого лагеря Ющенко и Тимошенко. И если в Египте конфликт протекает на почве религии, то в Украине он принял формы ультранационализма. Как ни крути, но логика революционного коллапса одна и та же, просто инструменты и мотивы разные…
Во вторник в столице Сирии Дамаске прогремели взрывы возле отеля, где остановился...