На сегодняшний день Евросоюз, являющийся одним из ключевых игроков на геополитической арене, переживает значительные потрясения. Великобритания, бывшая одной из наиболее важных и влиятельных зон ЕС как в политическом, так и в экономическом плане, выходит из состава содружества. В Европе назревает масштабный кризис, связанный с массовым притоком беженцев из стран ближнего востока. Единой валюте евро предрекают крах. Более того, совсем недавно министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер допустил оговорку о возможном распаде Евросоюза. О реальности таких перспектив для государств Европы корреспондент ГолосUA узнал у политического эксперта Максима Яценко.
— Что является «краеугольным камнем» тех противоречий, которые сегодня сотрясают Европу?
— Проблемы Евросоюза располагаются в плоскости мультикультурности. Это, пожалуй, один из самых важных моментов, сказывающийся на ЕС как социально, так и экономически. Это означает, что Европа чувствует определенную ответственность за распад былых империй – когда колонии, которые в свое время завоевывала Европа, к примеру, тот же Алжир, получили определенный статус и права. Теперь же, когда поток мигрантов хлынул в Евросоюз, он вынужден декларировать единую позицию обязательной помощи беженцам, что воспринимают не все члены ЕС. Вторая часть проблем продиктована экономикой. То есть, изначально было ограниченное количество стран, которые договорились между собой о сотрудничестве, «дружбе» по определенным правилам. Но за короткий промежуток времени количество этих стран увеличилось более чем в два раза. И Евросоюз с этим обстоятельством экономически не может совладать. В этих двух проблематиках заложен ответ о сегодняшнем положении Европы, и происходящих в ней процессах. Своеобразной точкой отсчета здесь можно назвать массовые убийства в Норвегии, совершенные Андреасом Брейвиком несколько лет назад (согласно манифесту, опубликованному самим Брейвиком, его действия были направлены именно против мигрантов, заполонивших Норвегию – Авт.), и заканчивая тем же Brexitна данный момент.
— Почему приток мигрантов стал для Европы настолько глобальной проблемой, вызывающей распри между участниками самого ЕС?
— Тенденции миграционного кризиса в Европе были очевидны уже давно, когда проблема мультикультуры стала «ребром». Толерантность, которую исповедует ЕС, не соответствует его реальным возможностям. Ярким примером является позиция Венгрии, фактически отказавшейся принимать у себя беженцев с ближнего востока – в совокупности, это когнитивный диссонанс между декларацией Евросоюзом общечеловеческих ценностей и морали с реалиями жизни. Можно сказать, что Европа чувствует свою историческую вину, ответственность перед странами, откуда идут потоки мигрантов, и правительства стран содружества готовы принимать у себя беженцев, чтобы «замаливать» свои грехи. Вместе с тем, население – рядовые граждане Европы, — не готово ущемлять свои права и положенные им привилегии в пользу беженцев и мигрантов, прибывающих в Еврозону с расчетом на поддержку от местных властей.
— Неоднократно звучали призывы от государств-членов Евросоюза по поводу создания «Единой армии ЕС». При этом ряд стран, в частности, Великобритания, выступают категорически «против». Насколько серьезны такие переговоры, реально ли возникновение нового международного военного блока?
— На сегодняшний день, считаю, это невозможно по ряду факторов. Дело опять-таки в том, что Евросоюз очень быстро расширился, и в то же время не готов воспринимать объективные условия, которые продиктованы событиями во всем мире. Он принял в свой состав множество новых стран, но не способен это «переварить». И тем более Еврозона не готова к созданию какого-либо нового военного блока. Мир начинает понимать новые правила жизни, в то время как Европа пытается и дальше подстраиваться под старые стандарты, чтобы соблюдать те условия, о которых страны содружества договорились когда-то.
Теоретически, возникновение новых альянсов и союзов в Европе возможно. Но на практике, в каждом государстве есть свое правительство, которое думает в первую очередь о сегодняшнем дне, для которого распад устоявшейся системы не будет выгоден. Поэтому реальность каких-либо новообразований в Европе очень низкая.
— Можно ли ожидать новых выходов стран из Евросоюза после Brexit?
— В первую очередь, Евросоюз был создан как формация для получения определенных экономических выгод для стран, находящихся в его рамках. Потому насчет новых выходов из ЕС, можно предположить, что в этом вопросе ключевую роль будут играть переговоры. То есть, если государствам удастся достигнуть договоренностей по острым вопросам, то новых выходов из ЕС ожидать не стоит. Но если аргументы какой-либо страны окажутся для нее более весомыми, чем общие положения Евросоюза, – можно ожидать новые выходы из содружества. При таком развитии событий, страны, покинувшие ЕС, вполне смогут создать новый союз. Вероятность такого варианта, опять-таки, достаточно низкая, поскольку резкая дестабилизация Европы может привести к новой мировой войне, которой, на самом деле, не хочет ни одно правительство.
— Выход каких государств из Евросоюза более вероятен – экономических «локомотивов», таких как Германия, либо более мелких игроков?
— Если рассматривать конкретно пример Германии, то для нее выход из Евросоюза точно невыгоден, поскольку это та страна, чья экономика диктует правила всем государствам содружества, и имеет влияние на все внутренние процессы в нем. Большая вероятность выхода у таких стран, как, скажем, Венгрия – тех государств, которые стремятся получить наибольшую выгоду для себя при минимальных затратах. Несмотря на это, сегодня у ЕС достаточно рычагов давления и аргументов, чтобы не допустить таких эпизодов.
— Как можно оценить результаты недавних переговоров нормандской четверки, если рассматривать их в контексте ситуации с единством лидеров Евросоюза по ключевым вопросам?
— В таком поле нужно учитывать, что переговоры происходили с участием лидеров тех государств, где предстоят выборы. Поэтому нельзя исключать элементы популизма в заявлениях, сделанные по итогам встречи нормандской четверки. Также важно понимать, что данная встреча касалась, в том числе, спасения самого Евросоюза и недопущения перспектив новой мировой войны. Таким образом, участники переговоров, в первую очередь стремились решить стратегические вопросы своих стран. А вот для Украины это не имеет никакого значения – у нашей власти, как и раньше, нет твердой позиции по данным вопросам.