Кабинет министров Украины предлагает разрешить превышение предельного размера государственного долга в 2016 году при девальвации гривны в большем размере, чем прогнозировалось при формировании государственного бюджета. Соответствующая инициатива закреплена в законопроекте №5482, зарегистрированном в парламенте 5 декабря. “В случае отклонения официального курса гривни к доллару США на 31 декабря 2016 года от курса, который применялся при составлении госбюджета Украины, допускается отклонение от предельного объема госдолга и гарантированного государством долга на такой официальный курс”, — указывается в законопроекте. Согласно пояснительной записке к законопроекту, предельный объем госдолга в государственном бюджете на текущий год был установлен исходя из прогноза 24,4 грн/$1 (в структуре госдолга около 70% номинировано в иностранной валюте), но согласно обновленным прогнозам на конец 2016 года курс ожидается на уровне 27,5 грн/$1. “Для нивелирования валютных влияний с целью недопущения повторения ситуации в будущем, предлагается предусмотреть в законе о госбюджете норму, допускающую отклонение от предельного объема госдолга и предельного объема гарантированного государством долга в случае отклонения официального курса гривни к доллару США от прогнозного, применявшегося при составлении госбюджета”, — указывается в документе. О том, почему хотят поднять «потолок» госдолга, корреспондент ГолосUA узнавала уэкс-замглавы НБУ Сергея Яременко.
— Сергей Александрович, по каким причинам правительство предлагает поднять верхнюю границу госдолга?
— Все кредиты, в том числе и Мирового, и Европейского банка нашим коммерческим структурам давались с пониманием, что условия могут быть не выполнены. Эти кредиты выдавались очень интересно: под гарантии правительства или местных муниципалитетов, покрываемые гарантией правительства. При курсе восемь гривен за доллар для местных бюджетов это было еще сносно. Но курс доллара взлетел до 25-26 гривен. В бюджетах местных советов, естественно, нет таких денег, чтобы отдавать их Мировому банку за проведение водопровода иди электричества.
— Что теперь с этим делать?
— Эти кредиты должны были персматриваться, реструктуризироваться. То, чего не дают сделать нашей ипотеке, заемщикам. Сейчас все у нас валится, говорят, что много плохих банков. Проблема перешла на государственный уровень. Правительство понимает, что у него в бюджете заложена, условно, какая-то сумма в гривнах, чтобы погасить долги перед МВФ или другим кредитором. Но если курс будет не 25 гривен за доллар, а 27-30 гривен, бюджет не сможет этого сделать, там просто нет таких сумм. Поэтому Кабмин и предполагает: на сколько хватит, на столько и погасим внешний долг. А «кусок», появившийся из-за роста курса, мы гасить не будем.
— Кто должен будет погасить эту часть долга?
— Я не знаю. У нас — вот такая «микронедоплата». И что у получается? Фактически — дефолт.
— Почему она возникает?
— МВФ ввел нам «плавающий» курс, а теперь сам не знает, как из этой ситуации выбраться. Ведь скачки курса также задевают и его интересы. Мы обвалили всю экономику и банковскую систему. Но, в то же время, обвалили и наши внешние кредитные обязательства, которые нужно выполнять. Ведь у нас экономика не выросла в три раза, в необходимой степени не повысились поступления в бюджет, увеличившись только за счет акцизов, которые взимаются на таможне, из-за роста курса. Что и легло дополнительным грузом на потребителей, мы стали платить огромные суммы за импортируемые товары. Но пропорционального роста доходов как местных бюджетов, так и госбюджета в целом не наблюдается. Поэтому денег на уплату внешнего долга нет. Или — если уплатим им, сами останемся «голыми и босыми». Ведь по такому курсу весь бюджет уходит на оплату внешнего долга.
— Неужели в МВФ не понимали, к чему приведет введение «плавающего» курса?
— Наша переходная экономика загнана в угол ввиду бредовой идеи какого-то «мыслителя» в МВФ, решившего, что в Украине это пора применять. Им хочется, чтобы везде был рыночный курс. Вот такое и получилось.
— Но должно же было проводится какое-то экономическое прогнозирование последствий…
— Левая рука не знала, что делает правая.
— Где, в МВФ?
— И в МВФ тоже. У них нет согласованности, идеология довлеет над реальностью. И они не умрут, если не получат от нас миллиард. А мы — умрем, если отдадим им.
— Что с нами будет в результате всего этого?
— Мы теперь на покрытие внешнего долга должны отдавать «львиную долю» нашего бюджета. Не повысив при этом эффективность экономики. Она падает, а платежи в абсолютных цифрах растут.
— Получается, что свободных средств для восстановления экономики нет?
— Да кто ее восстанавливает-то? Мы разрушили банковскую систему, пропало много денег, которые были на счетах предприятий. Платежеспособный спрос населения перевели с потребительского рынка на рынок услуг. У нас «жиреет» нефтяной и газовый сектор, а все остальные «загибаются». Платежеспособный спрос граждан снижается не на несколько процентов, как это было раньше, а на 50-60-100%. Людям не за что купить необходимое. Так о каком подъеме экономики идет речь? У нас инфляция не имеет никакого отношения к монетарным показателям, но характеризуется как импортируемая и инфляция издержек. И «денежным голодом» ее только усугубляют.
— Каков выход?
— К сожалению, сказать трудно. Мы ничего не делаем для возрождения экономики.