Численность фракции «Слуга народа» сократилась после гибели народного депутата Ореста Саламахи до минимально допустимой для сохранения монобольшинства в Верховной Раде цифры в 226 депутатов.
Правда, в ближайшее время фракция должна пополниться двумя депутатами-списочниками, которые заменят Дмитрия Наталуху (сложил полномочия депутата в связи с назначением на должность главы Фонда госимущества), а также умершего недавно нардепа Александра Кабанова, также прошедшего в парламент по списку СН.
Ореста Саламаху заменить некем — он мажоритарщик, а выборы (в том числе и довыборы на округе) во время военного положения запрещены.
Но в любом случае даже 228 депутатов — это критически низкий уровень для удержания монобольшинства. Стоит трем депутатам покинуть фракцию — и «Слуга народа» потеряет большинство в Раде даже формально (реально его уже нет давно и принимать законы получается лишь с привлечением голосов других фракций и депутатских групп).
Также стоит отметить, что численность Верховной Рады сейчас достигла минимального уровня за всю историю — в ней сейчас числятся 393 нардепа.
Для сравнения: в предыдущем — восьмом — созыве под конец работы было 422 народных депутата. По Конституции, напомним, в Раде должно быть 450 нардепов, но с 2014 года более двух десятков мажоритарных округов оказались на неподконтрольной территории Донбасса и в аннексированном Крыму. Поэтому численность депутатов сократилась.
А после начала полномасштабной войны к этому добавились и другие факторы. Часть нардепов лишена гражданства и потеряли мандаты. Часть уехала за границу и мандаты сложили. Часть, будучи мажоритарщиками, умерли и их место остается вакантным, так как нельзя проводить довыборы.
И ещё один показательный штрих. Как заявил на прошлой неделе глава САП Александр Клименко, 41 нардеп этого созыва имеет подозрения в коррупции. Если добавить ещё нардепов, которые являются подозреваемыми по другим статьям УК, то выйдет около 50. То есть каждый восьмой депутат сейчас официально имеет «пидозру».
А ходят без процессуального статуса под уголовными делами (которые используются, зачастую, как рычаг влияния и давления на них) намного большее число нардепов.
Это к вопросу о «независимости» украинских законодателей от исполнительной ветви власти и о том, как на этой «независимости» сказалась отмена депутатской неприкосновенности в сентябре 2019 года.