Интервью uncategory театрюбилейактерювілейактор

Худрук театра «Колесо» Ирина Клищевская рассказала, почему ее артистов перепутали с инвалидами

base article image
Столичный театр «Колесо» отпраздновал 25-летие. Начиналась его история с небольшой квартирки-мастерской на Андреевском спуске и энтузиазма режиссера Ирины Клищевской. Создавать камерную сцену на культовой киевской улице помогала вся семья, которая разрослась сегодня до размеров целой труппы – 20 актеров. Ведущей актрисой театра стала и дочь Клищевской – Мария Груничева. Но и этого режиссеру показалось мало: Ирина Яковлевна инициировала создание театрального фестиваля моноспектаклей ««Відлуння». И сегодня на Андреевском спуске можно увидеть самые яркие представления актеров со всей Европы. Фестиваль проходит уже 15 раз, так что Клищевская – «двойная именинница. Не каждому ведь доводится праздновать два юбилея за один месяц.
В театре важен не размер
- Что самое главное вы поняли о театре, возглавляя его 25 лет?
Наверное, я уже ничего в нем не понимаю (смеется). Начинаются волны непонимания, потом понимания, потом прозрения… Конечно, строить театр – это огромный труд. И возраст 25 для сцены – очень солидный. Кто-то сказал, что театры нормально развиваются 10-15 лет, а потом начинается упадок. Но я думаю, что это утверждение спорное. Ведь театр все равно развивается внутри, взрослеет – так же, как любая личность. Становится мудрее, сильнее, и ищет пути к новому зрителю.
- А то, что вы назвали театр «Колесо» повлияло на его судьбу?
Это очень хорошее название, которое задало театру правильную программу (смеется). Но были и смешные ситуации из-за такого названия. В начале 90-х мы ездили на гастроли в Польшу, тогда у нас был автобус старого образца, он назывался «Кубань». На нем было написано название театра «КОЛЕСО». И получилось по-польски «калека». Одним словом, театр калек. Мы потом по этому поводу долго шутили.
- Как вы считаете: для развития творчества актера лучше играть в маленьком театре или статусном, но с огромной труппой?
Это зависит не от размера, а от конкретного театра. Но в маленьком театре у артиста больше возможности выходить на публику, иметь разнообразный репертуар. Здесь не нужно годами ждать, пока тебя заметят, как в огромном коллективе.
- Поэтому вы создать именно камерный театр?
Камерность – изначально была продиктована помещением, которое мы получили в далекие 80-е годы. Сейчас смешно вспоминать, но нам тогда предложили еще занять одно здание, а мы отказались. Тогда казалось, что нам с лихвой хватит того, что есть. Как мы ошибались! Ведь сейчас в нашем театре 3 сценические площадки!.. Все камерные. Мне кажется, что камерность сегодня даже в моде. Посмотрите, многие большие театры открывают малые сцены, играют в фойе, под крышей… Камерность, игра глаза в глаза создают, я бы сказала, интимную обстановку. Зрители чувствуют, что с ними говорят честно, откровенно, рассказывают о сокровенном. В большом зале услышать шорох кулис и почувствовать энергетику актеров и ее взаимообмен со зрителями практически невозможно. А у нас зрители и актеры дышат в унисон. Могу сказать, что наши актеры комфортно чувствуют себя и на большой сцене, а вот те, кто попадает к нам из других театров, первое время чувствуют определенную неловкость. Актер, игравший на большой сцене, у нас может растеряться. Сцена «Колеса» чувствительна к наименьшим нюансам голоса, жеста, движения. Если же говорить о режиссуре, то конечно наша сцена диктует свои условия. Правда, свои особенные требования выдвигает любой зал в любом другом театре мира. Могу сказать о себе, что мне никогда камерность не мешала, но с таким же комфортом я чувствую себя и на больших сценах, когда ставлю спектакли в других городах и странах (Латвия, Болгария). В «Колесе» я поставила более 20 спектаклей за все время его существования. Каждая новая постановка – это взятие новой высоты, повториться ведь нельзя. Пока это удается. Ни один наш спектакль не повторяет другой.
Фольклорные спектакли пользуются огромным спросом за границей
- Ваш театр напоминает труппу бродячих средневековых актеров из-за вашей активной фестивальной деятельности. Наверное, ни один киевский театр столько не путешествовал по миру со своими спектаклями, как вы.
Да, мы много ездили. Были почти на всех материках, в десятках стран. Мы возим многие наши спектакли на фестивали, которые пользуются огромным успехом за границей. И сейчас все ждут, когда снова куда-то все вместе поедем. Вот совсем скоро, в июле мы отправляемся в Клайпеду, куда везем наш спектакль «Вечорныци». В этом отношении наш коллектив действительно любитель странствий.
- А на чужих сценах спектакли как-то видоизменяются?
Внутренне нет. Но меняется степень близости со зрителем. Вот недавно мы играли в Донецкой области. И там зал совершенно другой, чем наш – длинный, как коридор. Когда я его увидела, то пришла в ужас. Зритель ведь ничего не услышит. Но потом мы нашли выход – проставили в разных точках пять микрофонов. И так играли. Но с последнего ряда мы выглядели, как маленькие человечки (смеется). Я вам скажу больше – даже на собственной сцене спектакль постоянно трансформируется, растет. Театральная энергия настолько текучая и неудержимая, что ее невозможно держать в тисках. И какие бы жесткие условия режиссер не ставил перед актерами, все равно спектакль меняется, чтобы жить по своим индивидуальным законам. На его образ очень влияет энергия обмена с залом. Бывает, что публика на спектакле очень холодная. И актерам нужно буквально «расталкивать» публику, энергетически встряхивать, зажигать зрителей. А бывает, что зал, как вата - даже на самых ярких и смешных спектаклях. Актеры подают реплики, а отклика нет. Все уходит, как в вату. А играть все равно нужно. И эти энергообмены с залом актеры очень тонко чувствуют, и для спектакля они очень важны.
Экономическая зависимость театров сложилась исторически
- А в каких городах сформирован настоящий театральный зритель?
Там, где есть хороший свой театр. Когда нас пригласили на гастроли в Магнитогорск, мы поехали с убеждением, что там настоящая дыра. Была осень, всюду сырость, мелкий дождь. Мы были уверены, что зритель не соберется: никто из дома нос не высунет. Но вот заходим в городской театр, а там – великолепие! Дамы пришли в вечерних платьях, мужчины в костюмах. В фойе играет оркестр. Это было так неожиданно, и прекрасно. Так что все зависит от местной ауры и уважения горожан к своему собственному театру. И наши гастроли там полностью оплатили – не пожалели денег на культурное мероприятие. А ведь экономическая зависимость театров сложилась исторически. Ни один театр не может существовать на полной самоокупаемости.
- А какой зритель в Европе?
Там зритель очень открыт. Если заплатили деньги, то уже готовы получить удовольствие от представления. Зрители мгновенно включаются, их не нужно разогревать, потому что там есть культура потребления зрелищ (улыбается). Но и шоу им нужно попроще. Условно говоря: палец покажи, и все смеются. Наша публика в этом смысле более требовательная и разборчивая.
- На базе вашего театра уже пятнадцатый год подряд проходит фестиваль моноспектаклей «Відлуння». Зачем это нужно «Колесу»?
А зачем вообще нужны фестивали? Во-первых, это общение актеров и режиссеров разных стран. К нам сейчас приехали гости из Великобритании, Греции, Польши, Армении, России, Белоруссии. Разве это не интересно? Киевский зритель сможет увидеть современное понимание театра в разных странах. И мы учимся у своих коллег. Когда я начинала этот фестиваль, то у меня самой моноспектакля не было. Но потом я увидела, как это интересно для развития актерского мастерства и создала «Чудо Пиаф». Когда я готовлюсь играть этот спектакль, то у меня начинается настоящая паника – боюсь забыть текст (смеется). Это очень ответственно – более часа одной держать внимание зрителей. Сначала этот спектакль задумывался, как коллективный, но потом я пришла к тому, что его нужно играть одной. Репетировала я его в Софии с болгарским режиссером Димой Димовым Потом Маша Груничева тоже сделала моноспектакль, потому что понравился формат, и Стас Колокольников решился на такой творческий эксперимент. Так что «Відлуння» существенно обогатило палитру нашего театра. И если в мире так много людей занимается монотеатром, то им ведь хочется этим поделиться. Ведь все актеры к нам едут за свой счет. И моноспектакли очень отличаются друг от друга! Ведь здесь проявляется уникальная для актера возможность сделать свой авторский спектакль. К тому же, к нам часто приезжают директора театров, продюсеры, смотрят все постановки, и потом приглашают нас на гастроли. Происходит творческий взаимообмен.

Оставайтесь в курсе событий.
Подписывайтесь на нас в социальных сетях.