Блоги Политика холоднаявойна

Можно ли сейчас говорить о «холодной войне»?

Основа капитализма – это «свободная конкуренция». Другими словами – война всех со всеми. Эта борьба происходит на разных уровнях. Как в «горячих формах», так и в «холодных». И как писал французский маршал Фош в своих воспоминаниях, война ведется за передел рынков сбыта. А вовсе не за какие-то «высокие идеалы». Тогда как в так называемое «мирное время» эти рынки эксплуатируются ровно до тех пор, пока не наступает очередная фаза непримиримых противоречий.

В данный момент так называемой «глобализации», когда все друг с другом взаимосвязано, конечно же, уже невозможны войны в том виде, в которых они были возможны чуть менее столетия назад. Вместе с тем, это не значит, что войны как таковые станут невозможны. Поэтому и не удивительно, что способы ведения войн и военных действий изменяются. И более приобретают именно экономический характер.

Привыкшие к мировому лидерству Европа и США все чаще говорят о том, что существующий «мировой порядок» злостно нарушается Россией. Иногда можно услышать и о том, что претендующий на мировое лидерство Китай также беспокоит «стражей демократии». Россия якобы вмешивается в выборы в «демократических» странах, проводит хакерские атаки, «отжимает» территории, спонсирует террористов, поддерживает  диктатуры и т.д. Странно это слышать от государства, к примеру, от США, которое само регулярно вмешивалось в выборы в иных государствах, силой вторгалось в государства на другом конце планеты, спонсировало террористов, поддерживало правые диктатуры и т.д. и т.п. Диктатура диктатуре, как и демократия демократии рознь, знаете ли...

Так вот, все чаще приходится слышать о том, что мир то ли стоит на пороге «холодной войны», то ли уже находится в этом состоянии. Есть ли основания считать, что так оно и есть?

Так же, как некогда в древности, когда греки, а вслед за ними и римляне противопоставляли себя «варварам», как католические государства средневековой Европы противопоставляли себя язычникам - православным и мусульманам, так и нынешний коллективный Запад противопоставляет себя всевозможным «диктатурам» и «деспотиям».

Это, кстати говоря, хорошо видно на примере Фултонской речи Уинстона Черчилля, в которой британский премьер-министр упомянул о «железном занавесе»:

«От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике, через весь континент, был опущен «железный занавес». За этой линией располагаются все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы: Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест и София, все эти знаменитые города с населением вокруг них находятся в том, что я должен назвать советской сферой, и все они, в той или иной форме, объекты не только советского влияния, но и очень высокого, а в некоторых случаях и растущего контроля со стороны Москвы... Коммунистические партии, которые были очень маленькими во всех этих восточноевропейских государствах, были выращены до положения и силы, значительно превосходящих их численность, и они стараются достичь во всем тоталитарного контроля».

Таким образом, Черчилль провел границу между тем, что он считал «цивилизацией», неотъемлемой частью которой является «демократия» и «варварами», погрязшими в «тоталитаризме».

После Фултонской речи Черчилля, Сталин в интервью газете «Правда», метко выразил тональность данной речи:

«Следует отметить, что господин Черчилль и его друзья поразительно напоминают в этом отношении Гитлера и его друзей. Гитлер начал дело развязывания войны с того, что провозгласил расовую теорию, объявив, что только люди, говорящие на немецком языке, представляют полноценную нацию. Господин Черчилль начинает дело развязывания войны тоже с расовой теории, утверждая, что только нации, говорящие на английском языке, являются полноценными нациями, призванными вершить судьбы всего мира. Немецкая расовая теория привела Гитлера и его друзей к тому выводу, что немцы как единственно полноценная нация должны господствовать над другими нациями. Английская расовая теория приводит господина Черчилля и его друзей к тому выводу, что нации, говорящие на английском языке, как единственно полноценные должны господствовать над остальными нациями мира».

Что мы имеем сейчас?

После 1991 года мы вернулись мир, глобально, вернулся в то положение, которое существовало до 1917 года. Потому как в 1917 году появилась альтернативная экономическая система, просуществовавшая до 1991 года. Сейчас же мы имеем схожую ситуацию перед Первой мировой войной, которая представляла собой передел между «великими державами» сфер влияния и колоний.

Хотя, конечно, нужно добавить, что в данный момент имеются некоторые отличия. Теперь есть не две глобальных сверхдержавы, а одна сверхдержава и несколько региональных. Как сейчас выражаются – многополярный мир. Только тогда были другие глобальные игроки и другое политическое положение. Первая мировая война привела к тому, что тогдашние империи, сгинули в горах трупов от бойни, на которую солдаты отправлялись как на праздник и обещали скоро вернуться. Вторая мировая война была попыткой задушить Советский Союз руками Третьего Рейха. После того, как этого не вышло, выпавшее знамя подхватили «демократические» западные государства.

После окончания холодной войны ситуация изменилась, появились новые конкурирующие друг с другом «мировые державы», которые точно также состязаются друг с другом в военной мощи, переделе потоков трудовой миграции, мировых ресурсов и территорий. Региональные игроки, конкурируя с глобальным гегемоном, хотят получить свой «кусок» - своих рабов, земли, ресурсы. Но подают эту идею в стиле кота Леопольда - «давайте жить дружно».

Согласно данному замыслу, в мире должно быть несколько «центров» силы, которые бы не допускали глобальных войн и катастроф. Но такова природа конкуренции, что войны и катастрофы происходят не вопреки конкуренции, а как раз по её причине. И даже если США вдруг исчезнут с мировой политической карты, войны и прочие следствия конкуренции никуда не денутся. И «великие державы» не станут жить дружно. Действительно, возможно в таком случае снизился бы уровень военного «угара». Но глобально это бы не изменило ситуацию.

Таким образом, о «холодной войне» можно было говорить в состоянии, когда друг с другом боролись две альтернативные экономические системы. Сейчас же такого не наблюдается. В данный момент существует глобальный капитализм, в рамках которого происходит передел сфер влияния, самым разным образом, от борьбы за информационное доминирование, до передела территорий. Но, при этом, ведущим фактором является экономическое доминирование. Конечно же, никто не хочет войны. Но, тем не менее, все в ней участвуют. В той или иной мере. Каждый человек, не говоря уже о государствах в целом.

Загрузка...

Оставайтесь в курсе событий.
Подписывайтесь на нас в социальных сетях.