По миру прокатилась волна увольнений из-за искусственного интеллекта. В то время как Украина, напротив, остро нуждается в работниках, и внедрение ИИ могло бы стать решением проблемы, пишет УНИАН.

В 2026 году украинский рынок труда переживает один из самых глубоких кадровых кризисов за годы независимости. Дефицит работников уже стал главной проблемой для бизнеса, опередив даже риски безопасности и перебои в работе инфраструктуры. По последним исследованиям, нехватку кадров испытывают около 70% предприятий.

Министр экономики Украины Алексей Соболев заявлял, что экономике для ежегодного роста ВВП Украины на 7% нужно 4,5 миллиона работников в течение следующих 10 лет. А директор Государственной службы занятости Юлия Жовтяк отмечала, что для послевоенного восстановления страны необходимо привлечь более 3 миллионов человек.

На этом фоне мир охватила другая тенденция. Крупные компании все активнее внедряют искусственный интеллект, автоматизируют процессы, в результате чего сокращают значительную часть рабочих мест. Если во многих странах ИИ воспринимают как угрозу для занятости, то для Украины, которая и так остро ощущает нехватку рабочих рук, он мог бы стать одним из способов смягчить кадровый голод.

«Искусственный интеллект увеличит производительность. Человек сможет выполнять больше работы за то время, которое есть. В Украине очень специфическая ситуация, которой нет у наших соседей. Из-за дефицита людей берут, переучат, каждому можно найти работу. Такой истории у наших соседей в Европе нет. И поэтому нам кажется, что очень естественно будет, когда ИИ просто будет помогать им», — говорит Соболев.

Способен ли искусственный интеллект закрыть дефицит кадров, какие профессии он уже меняет, кого может вытеснить с рынка труда, а кто останется незаменимым даже в эпоху алгоритмов?

Кадровый кризис
Руководитель направления OLX Работа Мария Абдуллина объясняет, что кадровый дефицит в Украине имеет структурную природу. По данным платформы, 67% работодателей связывают нехватку работников, прежде всего, с мобилизацией и трудовой миграцией.

По мнению Абдуллиной, искусственный интеллект не способен устранить причины проблемы, однако может помочь бизнесу оптимизировать процессы там, где люди уже есть.

«Автоматизация отдельных операционных функций позволяет сохранять производительность при меньшей численности персонала, что в условиях дефицита является преимуществом, а не угрозой занятости. Поэтому говорить об ИИ как факторе углубления кризиса в Украине некорректно. Он является, скорее, инструментом адаптации бизнеса к нему, хотя и ограничен без параллельных инвестиций в переквалификацию», — рассказывает она.

Подобного мнения придерживается директор КБИС КПИ им. Игоря Сикорского, Microsoft MVP и Solution Architect Андрей Губский. Он отмечает, что кадровый голод в Украине концентрируется, прежде всего, в сферах, где искусственный интеллект почти бессилен.

«Кадровый кризис в Украине неравномерен. Самый острый дефицит сейчас наблюдается не там, где искусственный интеллект может быстро заменить человека, а там, где требуется физическое присутствие, практический опыт, технические навыки или работа руками: рабочие специальности, производство, строительство, логистика, ремонт, обслуживание, отдельные инженерные и технические. мобилизация, миграция, ограничения на перемещение, риски безопасности и общая демографическая ситуация», — говорит Губский.

Потому, по мнению эксперта, искусственный интеллект не сможет сам по себе разрешить кадровый кризис в Украине. Он считает, что ИИ может частично снять нагрузку с команд, ускорить рутинные процессы, помочь небольшим коллективам выполнять больше работы, но он не заменит людей в тех сферах, где ключевым является физическое присутствие, ответственность на месте, взаимодействие с оборудованием или работа в реальных условиях.

Неравномерное влияние ИИ
В то же время в цифровых, интеллектуальных и креативных профессиях ситуация иная. Там, где методы уже способны делать часть работы, кадрового дефицита частенько нет, зато усиливается конкуренция меж специалистами.

Губский отмечает, что искусственный интеллект усиливает уже имеющийся дисбаланс по отраслям. Там, где работников критически не хватает, он пока не способен их заменить. Там же, где ИИ работает наиболее эффективно, конкуренция на рынке только растет.

По его словам, украинский кейс несколько отличается от ситуации в США и на глобальном рынке, где уже происходят масштабные сокращения, связанные с автоматизацией и внедрением ИИ.

«Отчасти эта тенденция может влиять и на украинский ИТ-сектор через международные компании и аутсорсинговые бизнесы, которые работают с глобальными клиентами. Но пока я не называл бы это массовым явлением именно для украинского бизнеса», — говорит Губский.

По словам партнера, руководителя практики искусственного интеллекта юридической компании Juscutum Петра Билыка, многие украинские предприниматели говорят, что из-за военных вызовов стало труднее найти и удержать кадры.

«Лучшие специалисты могут быть недоступны, кто-то служит в ВСУ или вынужденно уехал за границу, у других нет нужных для бизнеса навыков. Поэтому многие компании рассматривают автоматизацию не только как инновацию для повышения эффективности, а прежде всего как способ продолжить работать и строить бизнес в условиях войны», — делится наблюдениями Билык.

По мнению эксперта, искусственный интеллект трансформирует рынок труда в отдельных областях. По его словам, некоторые роли могут выполняться с помощью ИИ – из-за этого уменьшается потребность в определенных специалистах или сокращается количество заказов на те или иные услуги. В то же время растет спрос на более сложные задачи, где необходима глубокая экспертиза и стратегическое мышление человека.

«К примеру, когда-то в IT были люди, которые специализировались на перфокартах (бумажный или картонный носитель информации, — ред.), сейчас этот навык вообще не нужен. Поэтому я убежден, что ИИ меняет характер работы, но система сбалансируется и роль человека сместится туда, где нужно критическое мышление и эмоциональный интеллект».

Кто уже испытывает давление
Руководитель направления OLX Работа Мария Абдуллина отмечает, что сегодня на рынке формируется запрос сразу на двух направлениях специалистов: тех, кто умеет работать и внедрять инструменты искусственного интеллекта, и обучающих компании работать с ними и интегрировать их в бизнес-процессы.

«Спадает спрос на операторов по вводу данных, бухгалтеров без узкой специализации, базовых операторов колл-центров, а также начинающих в копирайтинге и переводе. Именно в этих категориях влияние искусственного интеллекта ощутимо больше всего, потому что современные инструменты уже способны выполнять рутинные текстовые, операционные и коммуникационные задачи», — говорит Абдуллина.

Так что многим этим специалистам приходится либо переучиваться для выполнения других задач, либо оставаться за бортом рынка труда.

Также меняется ситуация в IT. По ее словам, в этой области сокращается спрос на джуниор-разработчиков (начинающие специалисты в IT) и тестировщиков. ИИ-инструменты для написания кода повышают эффективность опытных специалистов и потребность в начинающих уменьшается.

Для производства, логистики, строительства и торговли картина остается противоположной. Там спрос на работников не падает, а наоборот продолжает расти, поскольку автоматизация либо технически сложна, либо просто невыгодна в нынешних условиях.

Founder & CEO IT-Enterprise Олег Щербатенко рассказал, что цифровизация и ИИ уменьшают потребность в людях для обработки информации. Подобные решения позволяют компаниям расти без пропорционального увеличения штата, поскольку часть функций берёт на себя цифровизация.

В качестве примера он приводил опыт автоматизации в фонде «Вернись живым», где искусственный интеллект помогает обрабатывать документы и оптимизировать работу команды.

ИИ как инструмент
Руководитель практики искусственного интеллекта юридической компании Juscutum Петр Билык отмечает, что больше всего от ИИ выиграют люди с глубокой профессиональной экспертизой. По его словам, если у человека есть знания и опыт, с помощью правильных навыков работы с ИИ, он может быть более продуктивным.

«В то же время для младших специалистов искусственный интеллект может значительно повысить стартовые навыки и компенсировать отсутствующие знания. Но у таких специалистов есть большой соблазн слишком доверять системам ИИ, ведь они демонстрируют правдоподобный результат, а у младших специалистов еще нет опыта на его верификацию. Поэтому важно уделять большое время на обучение специалистов», — считает юрист.

Даже юридическая сфера, еще несколько лет назад казавшаяся консервативной, уже активно меняется под влиянием новых технологий.

«Когда мы начинали активно внедрять ШИ-инструменты в работу, это было любопытство. Но сегодня это уже необходимость. И мы видим юридические вызовы в связи с персональными данными, интеллектуальной собственностью, вопросами этики и регулирования при внедрении искусственного интеллекта», — подчеркивает Билык и подчеркивает, что сейчас на рынке труда.

«Особенно международников не хватает. Вакансии месяцами остаются открытыми. И именно в этой реальности ИИ перестал быть трендом и стал операционным инструментом», – добавляет юрист.

При этом, по наблюдениям директора КБИС КПИ им. Игоря Сикорского, Microsoft MVP и Solution Architect Андрея Губского, украинский бизнес пока не спешит массово заменять людей алгоритмами. Компании преимущественно тестируют новые инструменты, запускают пилотные проекты и автоматизируют отдельные процессы, но редко рассматривают ИИ как полноценную стратегию сокращения персонала.

«Например, в КПИ мы используем инструменты искусственного интеллекта для развития отдельных цифровых проектов: написание кода, анализа данных, подготовки материалов, поиска решений. Он позволяет быстрее выполнять часть задач, уменьшает количество рутинной работы, помогает проверять гипотезы, но окончательная ответственность, архитектурные решения, качество, безопасность и понимание контекста остаются за людьми».

Кто останется незаменимым
Несмотря на стремительное развитие искусственного интеллекта, есть целый пласт профессий, которым автоматизация пока не грозит. И именно они сегодня больше всего нужны украинской экономике.

Руководитель направления OLX Работа Мария Абдуллина отмечает, что платформа всегда была сосредоточена на рабочем сегменте, так называемых «голубых воротничках», где спрос на работников не просто сохраняется, а продолжает стабильно расти.

«И вот здесь мы фиксируем значительный рост и стабильное повышение спроса со стороны работодателей. Это ведь именно тот сегмент специалистов, в котором не может заменить ИИ ни сейчас, ни в ближайшем будущем даже при самых смелых прогнозах», — уверяет Абдуллина.

Андрей Губский соглашается, что наименее уязвимыми к автоматизации останутся профессии, где требуется физическое присутствие, ручной труд, практические навыки, ответственность на месте, эмпатия, доверие или работа в непредсказуемой среде.

«Это рабочие и технические специальности, строители, специалисты по электросетям, сантехники, механики, водители, военные и специальности по безопасности, медики, сиделки, учителя, мастера, инженеры, работающие с реальными объектами и инфраструктурой», — отмечает Губский.

Также, по его словам, сложно полноценно автоматизировать управление людьми, сложные переговоры, кризисные решения, воспитание, наставничество, медицинскую ответственность, работу по безопасности и стратегические решения в бизнесе или государственном управлении. ИИ может помогать в этих направлениях, но не может полностью взять на себя человеческую ответственность, контекст и доверие.

Однако далеко не все специальности могут похвастаться такой стабильностью.

«Наибольшие изменения в ближайшие два года, по моему мнению, претерпевают профессии, где много работы с текстом, кодом, данными, визуальным контентом, коммуникацией и повторяющимися интеллектуальными задачами. Это разработчики, тестировщики, аналитики, маркетологи, копирайтеры, дизайнеры, редакторы, SMM-специалисты, юристы на уровне подготовки типовых документов, специалисты поддержки клиентов», – предупреждает Губский.

В то же время, по его словам, в большинстве случаев речь идет не о полном исчезновении профессий, а об изменении требований к ним.

«Сильные специалисты, которые научатся работать с ИИ, станут более продуктивными. А вот специалистам, выполняющим лишь простые, типичные и повторяющиеся задачи без глубокой экспертизы, будет сложнее конкурировать», — говорит эксперт.

Эти профессии не исчезнут полностью, однако сильно трансформируются, отмечает специалист.

«Если коротко: искусственный интеллект не упраздняет потребность в людях, но меняет структуру труда», — говорит Губский.

Поэтому, заключает Губский, для Украины искусственный интеллект в ближайшие годы, скорее всего, станет не заменой работников, а инструментом усиления команд, и без того работающих в условиях ограниченных ресурсов.

Будущее ИИ в Украине
Пока бизнес учится использовать искусственный интеллект в повседневной работе, государство ставит амбициозные цели. Украина планирует войти в тройку мировых лидеров по уровню внедрения и развития искусственного интеллекта до 2030 года.

Определенный прогресс уже заметен. Согласно одному из главных отчетов в области развития искусственного интеллекта, Government AI Readiness Index 2025 от Oxford Insights Украина поднялась сразу на 14 позиций в мировом рейтинге по искусственному интеллекту, заняв 41 место среди 195 государств и войдя в число лидеров по развитию ИИ на востоке.

Впрочем, развитие новых технологий неизбежно ставит вопрос о внедрении понятных правил игры. Партнер и руководитель практики искусственного интеллекта юридической компании Juscutum Петр Билык обращает внимание, что специального закона об искусственном интеллекте в Украине пока нет. Однако это не означает отсутствия правил.

«Напротив, уже действуют нормы, защищающие права граждан и работников, независимо от технологий. Да, трудовое законодательство запрещает дискриминацию. Даже если несправедливое решение предлагает алгоритм, ответственность ложится на работодателя. Закон «О защите персональных данных», Конвенция о защите лиц в связи с автоматизированной обработкой персональных данных также устанавливают ограничения продолжает юрист. — Следовательно, даже без специального закона об искусственном интеллекте компании, использующие ИИ, уже сегодня несут юридическую ответственность в случае нарушения прав лиц».

Кроме того, государство планирует разработать специальное законодательство об искусственном интеллекте. Так, в 2024 году Министерство цифровой трансформации презентовало «Белую книгу», которая описывает регуляторную стратегию правительства по искусственному интеллекту.

«Его главная цель – защитить права украинцев, не остановив развитие инноваций и помочь компаниям стать более конкурентоспособными на международных рынках», — объясняет Билык.

По его словам, на первом этапе разработаны инструменты для адаптации компаний к ответственному использованию ИИ.

«На втором этапе, в рамках евроинтеграции, начинается разработка специального закона об ИИ – по сути, украинского аналога европейского AI Act», – добавляет Билык.

Кроме того, по его мнению, развитие искусственного интеллекта может открыть для Украины новые возможности от оборонной сферы до цифровизации государства и борьбы с коррупцией.

«Парадокс в том, что Украина оказалась в специфической позиции: ИИ-революция здесь меньше «уничтожает» рабочие места, чем пытается заполнить уже пустые», — резюмирует Билык.

Дискуссия об искусственном интеллекте в Украине только набирает обороты. Но уже понятно, что в ближайшие годы он вряд ли станет «монстром», который массово отнимет рабочие места. Вместо этого более реалистичным выглядит сценарий, по которому ИИ будет постепенно превращаться в инструмент, который поможет бизнесу выживать в условиях беспрецедентного дефицита людей, а персоналу — работать быстрее и эффективнее. Поэтому главным вызовом является не столько конкуренция человека с алгоритмом, сколько способность человека научиться использовать его себе на пользу.

Читайте также в рубрике Экономика